Несмотря на явный дефицит рабочей силы, власти России последовательно ужесточают миграционные правила и повышают требования к иностранным гражданам. Попробуем объяснить, что именно меняется и зачем.
26 июля были утверждены очередные поправки в миграционное законодательство. В числе новых требований — обязанность иностранцев обеспечивать себя и семьи на уровне не ниже прожиточного минимума с учётом регионального коэффициента: в Москве это около 22 112 рублей для взрослого и 19 677 рублей для ребёнка. С 18 лет дети мигрантов должны либо начать работать, либо покидать страну. Появилось и требование об авансовых платежах по НДФЛ.
Большинство изменений начнут действовать с 1 января 2027 года. При этом уже с 26 июля существенно выросли госпошлины: за получение гражданства — до 50 000 рублей, вида на жительство — до 30 000 рублей, за разрешение на временное проживание и за привлечение иностранного работника — до 15 000 рублей.
Резкое ужесточение правил началось после теракта в одном из крупных столичных концертных залов: с тех пор парламент принял десятки инициатив, затрагивающих миграционную сферу. По данным Совета безопасности, за год число находящихся в России иностранцев сократилось примерно на 700 тысяч — с 6,8 млн до 6,1 млн.
Это происходит на фоне естественного сокращения населения: по прогнозам, в 2025–2031 годах естественная убыль составит несколько миллионов человек. В этих условиях ограничение притока трудовых мигрантов усугубляет кадровый дефицит, но у властей есть другие приоритеты.
В чем суть новой миграционной политики
В октябре 2025 года была утверждена новая «Концепция государственной миграционной политики» на 2026–2030 годы. Если раньше мигрантов рассматривали как источник пополнения численности населения и экономической силы, то теперь основной акцент смещён на отбор тех, кто якобы разделяет «традиционные российские духовно‑нравственные ценности».
Постоянное место жительства предпочитают предоставлять соотечественникам и иностранцам, «разделяющим ценности», тогда как трудовых мигрантов планируется привлекать через целевой организованный набор — на определённый срок, по возможности без семей. В рамках этой логики вводятся многочисленные ограничения: для стран с безвизовым режимом срок временного пребывания сократили с 180 до 90 дней в году; для детей мигрантов вводятся требования по сдаче экзамена по русскому языку для посещения школы; сотрудникам МВД расширены полномочия по внепроцессуальной депортации, а основания для выдворения стали шире и более расплывчаты.
Как мигрантов берут под цифровой контроль
Представление властей об «идеальном» работнике — это временно приезжающий работник по приглашению конкретного работодателя, который отработал срок и уехал. Пока он в стране, каждый его шаг должен быть отслежен.
С 2026 года для оформления сим‑карты иностранцу потребуется предоставить оператору связи СНИЛС, иметь учётную запись на едином портале госуслуг и сдать биометрические данные. Также введена обязательная привязка сим‑карты к IMEI конкретного смартфона.
С сентября 2025 года в столичном регионе проводится эксперимент: мигрантов из ряда стран обязали устанавливать на смартфоны приложение «Амина», передающее данные о геолокации. Если данные не поступают три суток, человека автоматически снимают с миграционного учёта. При уведомлении пользователь должен сделать селфи, чтобы подтвердить присутствие телефона. В перспективе мигрантов хотят обязать приобретать специальные смартфоны с электронным профилем, позволяющим отслеживать перемещения и запрещающим бесконтрольную смену места пребывания.
Цифровые профили мигрантов должны агрегироваться в Государственной информационной системе «Цифровой профиль иностранного гражданина», запуск которой состоялся летом 2026 года.
Официальные лица утверждают, что такая система обеспечит актуальную статистику и повысит эффективность управления миграцией. Независимые эксперты предупреждают, что в существующей правовой и политической среде аналогичные механизмы расширяют риски репрессий, эксплуатации и дискриминации, сокращая возможности для защиты прав и протеста.
