Впервые с начала боевых действий российские компании сократили вложения в развитие — инвестиции перестали расти и пошли на спад. Это касается затрат на здания, оборудование и инфраструктуру, то есть того, что обеспечивает расширение производства. Ранее, несмотря на войну и санкции, бизнес наращивал инвестиции необычно высокими для российской экономики темпами. Теперь ситуация изменилась, и это может иметь долгосрочные последствия.
Как меняется динамика инвестиций в России
По итогам 2025 года инвестиции в основной капитал в России сократились на 2,3%, об этом сообщила в апреле федеральная служба статистики. Еще осенью власти ожидали роста на 1,7%, но последние прогнозы стали заметно более осторожными. Согласно обновленной оценке Министерства экономического развития, в 2026 году вложения вновь уменьшатся — примерно на 0,5% по сравнению с 2025 годом.
Представители бизнеса считают, что спад может оказаться более глубоким. Глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин допускал снижение инвестиций примерно на 1,5% и призывал правительство и Банк России предпринять меры, чтобы не допустить такого сценария.
При этом в предыдущие несколько лет складывалась противоположная картина — инвестиции переживали заметный подъем. В 2024 году рост составлял 8,4% к предыдущему году, в 2023‑м — 9,8%, в 2022‑м — 6,7%. В среднем за три года прирост превышал 8% ежегодно.
До начала боевых действий за предыдущее десятилетие среднегодовой рост инвестиций был менее 2%. На тот период пришлись несколько кризисов, и в отдельные годы объем вложений даже снижался. Если же смотреть на более длинный интервал — порядка 20 лет, — средний темп роста оценивается примерно в 5% в год.
Куда вкладывали компании и почему инвестиционный бум иссяк
В первые годы после начала боевых действий значительная часть инвестиций была связана с адаптацией к жестким внешним ограничениям, обращают внимание экономисты. Бизнесу приходилось срочно заменять импортное оборудование и программное обеспечение, подстраивать производственные цепочки под новые условия.
Существенных затрат потребовала и перестройка логистики. Внешнеторговые потоки сдвинулись от европейского направления в сторону азиатских стран, прежде всего Китая, а инфраструктура к этому изначально была не готова. Важную роль в общем росте вложений сыграл и военно‑промышленный комплекс, получивший крупные заказы.
Власти признавали, что заметная часть расходов носила вынужденный характер: значительная доля средств шла не на расширение производства, а на поддержание работы в новых условиях. На рубеже 2023–2024 годов оценка была следующей: около 70% вложений — это вынужденные инвестиции, и лишь около 30% приходилось на расширение выпуска продукции.
Эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования отмечали, что почти весь рост инвестиций обеспечивался двумя источниками — собственными средствами компаний и государственным финансированием. К 2025 году оба источника начали истощаться.
Компании сокращают капитальные затраты на фоне снижения прибыли. В 2025 году сальдированный финансовый результат (прибыль за вычетом убытков) уменьшился на 3,9%. При этом пользоваться заемными ресурсами сложно из‑за высокой ключевой ставки Центрального банка: кредиты становятся дорогими и малодоступными.
Экономисты ЦМАКП подчеркивают, что при текущем уровне процентных ставок многие инвестиционные проекты теряют смысл: доходность от вложений в развитие нередко оказывается ниже дохода по банковским депозитам. В таких условиях бизнесу выгоднее сохранять ликвидность, чем запускать новые проекты.
Государственный сектор также сталкивается с ограничениями. Бюджетные расходы уже не могут расти прежними темпами: дефицит федерального бюджета по итогам первых трех месяцев 2026 года превысил плановое значение на весь год.
Последствия сокращения инвестиций для экономики
Снижение инвестиций на 2,3% по итогам 2025 года может выглядеть умеренным, если смотреть на общую цифру. Однако распределение по отраслям показывает гораздо более контрастную картину.
Военно‑промышленный комплекс продолжает активно наращивать вложения. Здесь инвестиции растут высокими темпами, причем в качестве инвестиционных товаров учитывается военная техника и специализированное оборудование. По данным статистического ведомства, в категории «прочие транспортные средства и оборудование», куда входят такие закупки, в 2025 году зафиксирован рост почти на 60%.
В гражданских секторах ситуация иная. Во многих отраслях инвестиции стагнируют или идут на спад. Особенно заметно падение в инфраструктуре: вложения в этот сегмент сократились примерно на 29%. Инвестиционные программы урезают и крупные государственные корпорации. Так, расходы на развитие у железнодорожного монополиста в 2026 году будут примерно на 20% ниже, чем годом ранее. Более чем на 30% планируется сократить капитальные вложения и в газовом секторе.
Формируется своеобразная «двухконтурная» структура: компании, участвующие в выполнении военных заказов и получающие поддержку государственных расходов, продолжают расти, тогда как бизнес, не связанный с военно‑промышленным комплексом и не опирающийся на госфинансирование, сталкивается с ухудшением условий и сокращением возможностей для развития.
Экономисты предупреждают, что без расширения инвестиций обеспечить устойчивый рост экономики будет крайне сложно. Одна из ключевых долгосрочных проблем — дефицит рабочей силы. Решить ее в значительной степени можно только за счет масштабной модернизации, внедрения более производительного оборудования и современного программного обеспечения, что требует стабильного притока капитальных вложений.
